Альбертовна едет понырять

После встречи НГ в Марабу, вечером первого января стало абсолютно понятно, что нужно куда-то ехать. Выдвинулся из Ореховой в Домодедово. Сидел в аэропорте восемь часов ожидая билета на Шарм-эль-Шейх, не попал в четыре самолета. Плюнул, утром второго улетел в Хургаду, на другую сторону Красного моря. Конечной целью передвижения была серфстанция «Дача» Макса Колпакова в городе Эль-Туре на западе Синайского полуострова. Еще в Домодедово я выяснил, что можно либо автобусом, либо паромом добраться из Хургады до Шарма.
В Хургаде я ужаснулся от всего происходящего в этом городе. Грязище, пристающие русскоговорящие арабы, толпы туристов. Смотреть в Хургаде абсолютно нечего. Выяснил, что паром будет только следующей ночью. Закинулся в какой-то резорт за 80 долларов.
Следующий день начался как обычно с шоппинга — тапочки, шорты, маечка, рюкзак. На этот раз изначально с собой не было даже фотика с очками. Протупил день, ночью пошел в порт. Вижу толпу арабов, кучу машин, наполненных кучей вещей, в т.ч. и на крыше. У аборигенов периодически происходят конфликты на почве очередности или еще чего. Жуткая грязь, вонь и гомон. На заднем плане стоит паром с большим трюмом. Ну, думаю, всё! Сейчас с этой толпой и кучей говна мы все вместе в трюме-то и поедем. Но всё оказалось гораздо радужнее. За этим паромом стоял быстрый катер человек на двести, в котором ехали в основном европейцы. Путь занял три часа и стоил $50. Так я попал из Африки в Азию.
Из Шарма на автобусе добрался до Эль-Тура и «Дачи». Там я встретился с друзьями из Марабу. Я никогда до этого не был в Египте, но рядом стоящий со станцией отель неприятно поразил. Обнаружив, что есть у кого поучиться азам виндсерфинга, записался в школу Голландца. Инструктором у нас являлся Вася (Армеец). Днем Вася учил нас, а вечером Голландец учил Васю как учить нас. Проходило всё достаточно бодро — часов по шесть на воде. Ветер особо не баловал — из 12-ти дней я катался только 4. В принципе, мне хватило нагнать тех, кто занимался неделю, но всё равно было несколько обидно.
Атмосфера на Даче была умиротворенная, а вечерами — веселая, очень похожая на то же Марабу. Праздники и Дни рождения следовали один за другим. Вечерами происходила жесткая рубка в «Мафию» — иногда в азарте некоторые били бутылками по столу. Жаль, что я не попал на Новый год. В отсутствие ветра развлекались волейболом, бильярдом, настольным теннисом. Загар не липнет вообще.
Городок Эль-Тур — абсолютно не туристический, т.к. кроме серфовой станции и отеля при ней в нем абсолютно ничего нет. Поэтому, гулять по нему можно совершенно спокойно, хотя грязь такая же как и в Хургаде. Бухла нет вообще — ближайшее в Шарм-эль-Шейхе.
7-го января, на Натахин День рожденья и Рождество, мы с ней съездили на гору Моисея. На этой горе Господь явился Моисею и озвучил десять заповедей. На вершине горы находится православный храм Святой Троицы. Под горой — Монастырь Святой Екатерины. Согласно поверью, подниматься на гору нужно именно ночью, чтобы встретить рассвет. В процессе подъема нужно молиться и просить о покаянии. Подъем занимает пару часов. Можно это сделать на верблюдах, но тогда меньше простится :о). На вершине утром температура около нуля. Пейзаж для европейца средней полосы умопомрачительный. Рассвет удался. Вокруг мёртвые горы с пустыней. Впечатление от природы весьма тоскливое — жизни нет.
В один из дней съездили на коралловый риф в заповедник Рас-Мохаммед, который находится недалеко от Шарма. Подводный мир там действительно очень красив и разнообразен. Помимо толп рыбок видели и мурену.
Совсем недалеко от Эль-Тура находится страусиная ферма и ванны Моисея, коих мы и посетили. Согласно библейскому преданию, когда Моисею и евреям стало совсем тоскливо, он ударил пять раз об землю посохом, и в этом месте забил родник.
Обратно я улетал в день потопа на Синае. Ребята, которые со мной приехали в аэропорт без билета, проторчали там двое суток. Армеец, который поехал автобусом в Хургаду, ехал по-моему тридцать часов, вместо девяти.
Ну, а в целом, место правильное и спокойное.

Фото мои, Антона Большакова, Лены Васиной, Максима Федорова, Наташи Че.